Анорексия, булимия, ожирение и диеты

Логин:
Пароль:
запомнить меня


Зарегистрироваться
Забыли пароль?

Слишком живая, чтобы жить

Автор HelgaRaven - 16 июля, 2016

Зачем-то зарегистрировалась на сайте, зачем-то создала блог… Вряд ли это кто-то будет читать, однако же, пусть всё будет тут.
Простите, но я не хочу слышать ваших слов осуждения. Будьте готовы собственной кровью смыть с губ презрительное: “Сама виновата”. Будьте готовы отправиться в пешее путешестве с эротическим уклоном, заявив: “Просто ешь побольше, правильно питайся и приседай”. Будьте готовы, что я развернусь и уйду, едва вы произнесёте: “Да ты просто привлекаешь к себе внимание, это не болезнь!”

Почему? Потому что чего-чего, а моего состояния вам не понять, только если вы не из моего мира.

Вам не понять, что такое ежедневно слышать от одноклассников: “Фу, жируха, корова, бегемот, чудовище!”. Вам не понять, что такое быть изгоем. Вам не понять, что вообще есть изгой, если вы им не были, если вам не портили вещи, не поджигали волосы, если вас не избивали в раздевалках и за школой, если вы не плакали каждый день, вернувшись с занятий и не кричали родителям до хрипоты: “Переведи меня в другую школу!”. Вам не понять, как страшно быть одной против толпы. Слишком больной, чтобы защититься. Слишком толстой, чтобы стать незаметной.

Вам не понять, что значит ненавидеть своё отражение в зеркале. Вам не понять, как это - стоять в примерочной и плакать, потому что любая вещь подчёркивает твоё уродство.

Вам не понять, что значит не есть, лишь пить целыми днями кофе и чай, чтобы согреться - а мерзнешь ты даже жарким летом - и заглушить голодные позывы. Вам не понять, как это - когда от голода отказывают ноги. Шла-шла по школьному коридору, подогнулись ноги, закружилась голова. Вам не понять, как от голода темнеет в глазах.

Вам не понять, как ты подходишь к холодильнику, и… и осознаешь, что случилось, уже тогда, когда нажрался так, что трудно дышать. Вам не понять, как это, когда желудок, кажется, вот-вот лопнет. Вам не понять, как это - исцарапать себе горло пальцами, выдирая из себя полупереваренную пищу. Вам не понять, как это - извиваться от боли на унитазе, наглотавшись слабительного.

Вам вообще не понять, что кроется за тремя буквами РПП: расстройства пищевого поведения. Закройте рот, господа.

Это звучит жалким нытьём подростка? Мне плевать. Я знаю, что во мне заключено столько силы, что и не снилось моим “красоткам”-одноклассницам, бывающим в пиццерии чаще, чем я хожу в аптеку.

“И нечего жаловаться, если желудок сводит от голода, если ты уже вторую неделю сидишь на таблетках от анемии, но все равно от слабости едва удерживаешься на каблуках. Нечего жаловаться, если на сто двадцать восьмом приседании у тебя больно свело ягодичную мышцу, если от кислотного пилинга щиплет кожу, если массаж оставляет на твоей коже фиолетовые синяки. Тебя просто не поймут. В твоей трагедии ничего особенного нет, это московская норма. За каждым вторым впалым животиком местной красавицы кроется такая драма о стойкости, что мало не покажется. Этот город помешан на внешности. Не быть красоткой здесь не комильфо.”
(с) Маша Царёва: “Девушка с голодными глазами”

Да, я москвичка. Почти. Живу в небольшом городе настолько недалеко от столицы, что можно доехать на велосипеде - и это не отменяет разыгрываемых мной “драм о стойкости”. Почему? Потому что я могу. Потому что однажды я уже ела по тарелке салата в субботу и воскресенье, остальное время питаясь кефиром. За полмесяца похудела со своего тогдашнего 48 до 46. Потом - ОГЭ, 26 дней голода. Маленький ад. Личный.

Я так устала от собственной лжи. От “да, мам, я ела”. От “съешь вот это, для тебя готовила. Что? Я уже кушала”. Так устала убегать из дома выходными. Даже от любимых босоножек на белой платформе и туфель на каблуках устала. Хочу быть обычной девочкой. Не гнаться за птичьей легкостью. Но сильнее этого я хочу быть любимой…

А сама я влюблена в Ану.

Так серьезна, печальна, грустна,
Ногти в черный, а губы в вишневый.
Спину прямо - как будто струна
Под пальто; взгляд тяжёл, как свинцовый.

Пахнет кофе девочка-гот,
От еды навсегда отрекаясь.
И сезон, месяц, год уж пройдёт,
Как шепнула: “Тебе доверяюсь…
Ана, милая, мне помоги:
Ты пойми, без него ведь не жить мне на свете…”
Та коснётся её руки:
“Ты не бойся, дитя. Прекрати. Всё пустое, всё ветер.
Руку дай мне, и страх ни к чему:
Ты порхать будешь лёгкой колибри.
Я тебя ученицей приму:
На тебе свой поставлю экслибрис”.
И на кухне пусть льёт слёзы мать:
Похудела готесса - не вспомнишь,
Как любила она заедать
Слова “жир” бургером поогромней.
Заслужила “корова” теперь
Обращенья “скелет” и “больная”.
Ана шепчет ей: “Солнце, не верь:
Ты ещё не довольно худая”.
Парень тот, что мечтой её был,
Стал ненужной забытой игрушкой.

…Мир девчонки от голода плыл.
Всё шепталась с одною подружкой:
“Ана, милая, солнце, скажи: хороша ль я?” -
“Слегка полновата”. Та укроется шалью,
И в путь. Много кофе - вместо обеда.
Иногда - пару яблок за день.
Мать винит интернет во всех бедах.
Коли дочка похожа на тень,
Как кормить её? Не возьмёт в рот ни крошки…

Так серьезна, печальна, грустна,
И не будет играть больше с кошкой:
Лежит прямо - как будто струна,
Прожила девчонка немножко…

(+2 рейтинг, 2 голосов)

Опубликовано в My Vengeance | Метки:

Код ссылки на запись:
 

Похожие записи

 

Комментарии

Оставить комментарий

Вы должны быть авторизованы для публикации комментариев.

Интересно

Таблица калорийности продуктов
Таблица калорийности продуктов

Новые комментарии

Сообщения с форума

Облако меток